«Австралийская мозаика» понесла тяжелую утрату — 6 сентября 2017 года в Мельбурне скончался наш постоянный автор Сол (Соломон Ефимович) Шульман. Его рассказы, очерки, воспоминания заставляли людей думать, сопереживать, негодовать, восхищаться. Наше сотрудничество было очень тесным, дружественным, но не всегда лёгким.

Музыкант Иегyди Мейлах из разряда тех людей, для кого музыка — всё на свете. Кажется, нет чего-то из музыкальной сферы, о чём бы он не знал и не имел своего суждения. Иногда эти суждения воспринимаются как парадоксаль­ные. Но они интeресны. Если вы не согласны с ними — спорьте! Можете сделать это на страницах альманаха. Милости просим!

В английском языке есть выражение «The actor’s actor», что можно перевести, как «Актёр актёров». Так говорят об артистах, которых высоко оценивают не только зрители, но и сами актёры, отдавая им пальму первенства.

4 марта исполнилось 110 лет со дня рождения Рахили. По каналу Культура российского ТВ показали фильм о ней. Статья «Мама Ра», которую я предлагаю в этом номере вниманию читателей «АМ», посвящена Рахили Мессерер-Плисецкой.

Она снималась в кино под именем Ра Мессерер. В семье её тоже часто называли Ра, так что я услышал это имя задолго до того, как узнал о древнеегипетском боге солнца. Для всех родственников она и в самом деле была солнцем в окошке, излучавшим доброту и мудрость.

Азарий Мессерер вспоминает о своих встречах с выдающимся русским поэтом Беллой Ахмадулиной, которая умерла 29 ноября 2010 года. Белла была женой художника Бориса Мессерера, двоюродного брата Азария.

Австралийский Центр ПЕН-клуба обеспокоен расследованием убийства Анны Политковской. 12 октября 2006 года Международный ПЕН-клуб послал в Канцелярию президента следующее обращение. Оно принято и Исполкомом Австралийского ПЕН-Центра.

Весть о том, что Анна Политковская, одна из самых известных российских репортёров своего времени и одна из самых бесстрашных и почитаемых в мире корреспондентов, мертва, вызвала у всех нас чувство опустошения.

Совершенно очевидно, что укрепление власти Путина ― это возврат к советской системе. Надо сказать, что это стало возможным не только из-за нашей собственной небрежности, апатии и усталости после слишком революционных перемен.

После встречи с Анной Политковской в гостях у Людмилы Стерн моё отношение к ней существенно изменилось. Прежде я воспринимал её по публикациям как довольно радикальную фигуру. Некоторым её статьям, как мне казалось, не хватало умеренности, ответственности и, если хотите, прагматизма.