Австралии есть чем гордиться. Нобелевская Ассамблея Каролинского института в Стокгольме присудила премию в области медицины и физиологии за 2005 год австралийским ученым Барри Маршаллу и Робину Уоррену. Оба удостоились «Нобеля» за открытие бактерии Helicobacter pylori и выяснение её роли в развитии гастрита и язвы желудка. Эти бактерии были впервые выделены и описаны австралийскими учёными.

Пианист и композитор, музыковед и автор нескольких книг, первый австралиец, приглашенный по программе культурного обмена в Советский Союз, профессор Ларри Ситский располагает к себе с первой же минуты.

На цветных вкладках альманаха предстанут работы одного лучших в мире иллюстраторов книг — Роберта Ингпена, блистательного художника из австралийского города Джилонг.

Вот она, Мара Израйлевна, спешит на работу в своём в чёрном пальто с блестящими пуговицами и в каракулевом берете «Фантази». Из-под вытачек пальто выпущен чёрный блестящий шёлк, таким же шёлком оторочен воротник и манжеты. О-oчень стильное пальто!

Хорошо расположился в Сиднее главный музей изящных искусств штата — Художественная галерея НЮУ. Посреди Домейна (Domain). А Домейн по-австралийски значит «место отдыха; общественный парк». Перед классическим порталом галереи вьются парковые дорожки, шумят листвой раскидистые старые деревья.

«Мои друзья уходят…» — повторяю и повторяю строчку незабвенной Беллы Ахмадулиной. Да, уходят из жизни друзья — авторы нашей «Австралийской мозаики». Больше года назад ушел Пётр Патрушев, в январе 2017-го ушёл Азарий Мессерер, а совсем недавно — Соломон Шульман.

«Австралийская мозаика» понесла тяжелую утрату — 6 сентября 2017 года в Мельбурне скончался наш постоянный автор Сол (Соломон Ефимович) Шульман. Его рассказы, очерки, воспоминания заставляли людей думать, сопереживать, негодовать, восхищаться. Наше сотрудничество было очень тесным, дружественным, но не всегда лёгким.

Тот неистребимый страх, который у меня вызывают австралийские животные, скорее всего, глубоко коренится в воспоминаниях детства, связанных с кенгуру-алкоголиком.

Харви тяжело опустился на скамью в тени веранды, откупорил запотевшую банку пива. Из неё заструился лёгкий дымок. Харви проследил за ним, пока тот не растворился в горячем воздухе, и взгляд его остановился на узких собирающихся облаках.

Поэт, бард и учёный Александр Городницкий на­ведывался в наши края не раз. Свои мыс­ли и впечатления об Австралии он выра­зил в песнях, стихах, книгах и фильмах, с подборкой которых познакомятся чита­тели этого выпуска «АМ».

С момента выхода предыдущего номера альманаха, на Пятом континенте случилось много значимых культурных событий, в том числе и трагическое, глубоко задевшее жизнь русского сообщества в Австралии.

2-го мая 2015 года в Австралию пришла весть о кончине великой балерины Майи Плисецкой. Судьба забросила на наш далёкий континент близких родственников Майи Михайловны и её коллегу по Большому театру, которые восприняли известие особенно остро — и альманах дал им возможность рассказать о том, какой незабвенная танцовщица была в жизни.

В Сиднее стояла зима — солнечная и тихая, как московская золотая осень. Мы договорились о встрече и интервью с австралийским поэтом Дэвидом Вонсбро (David Wansbrough) и ждали его у ступеней монументальной сиднейской ратуши (Sydney Town Hall), похожей на высокий свадебный торт. Дэвид явился в точно означенное время (позже признался: таков его принцип). Громоздкая фигура, чуть одышлив, на голове плоская шапочка, в волосах и бородке — иней седины.

Помню, во времена сплошного дефицита в Москве, на Ленинском проспекте, неподалёку от нашего дома, в одном продовольственном магазине, где прямо в прилавок был вмонтирован небольшой аквариум, метра на два, — как правило, пустой и грязный, — несколько раз в году, обычно перед праздниками, «давали» свежую рыбу.

Тем, кто не только говорит и читает по-русски, но и регулярно слушает русскую программу на австралийском радио SBS, наверное, знакомы и само имя, и голос, и журналистская манера Тины Васильевой. Тина Васильева — постоянный автор «АМ». Хотя предлагаемый ниже репортаж звучал по русскому радио, альманах знакомит читателей с его письменным вариантом.

Я не был в Моск­ве шест­над­цать лет — с 1990 го­да. И вот — де­кабрь 2006 го­да, и мне предс­то­ят в Рос­сии два месяца, из них две не­дели в Пе­тер­бурге, а ос­таль­ное — в Моск­ве.

На первый взгляд мир Австралии — яркий, жаркий, экзотичный — кажется, ничего не связывает с миром ГУЛАГа — серым, холодным, мрачным — однако Австралия пронизала метафизическое пространство ГУЛАГа самым причудливым образом.

Музыкант Иегyди Мейлах из разряда тех людей, для кого музыка — всё на свете. Кажется, нет чего-то из музыкальной сферы, о чём бы он не знал и не имел своего суждения. Иногда эти суждения воспринимаются как парадоксаль­ные. Но они интeресны. Если вы не согласны с ними — спорьте! Можете сделать это на страницах альманаха. Милости просим!

В английском языке есть выражение «The actor’s actor», что можно перевести, как «Актёр актёров». Так говорят об артистах, которых высоко оценивают не только зрители, но и сами актёры, отдавая им пальму первенства.

Нынешний год богат юбилейными датами, и одна из них — 450-летие Уильяма Шекспира. 2014-й стал годом Шекспира, величайшего и, пожалуй, самого загадочного драматурга.

На 2014-й год пришлись годовщины, «круглая» и «полукруглая», тех двух ужасных событий, что потрясли двадцатый век. Ровно 100 лет назад началась Первая мировая война и ровно 75 лет назад вспыхнула Вторая мировая. «Австралийская мозаика» не могла не откликнуться на эти события, тем более что версталась в мае.

Вы держите в руках номер журнала, который на сей раз отличается от прочих выпусков, прежде всего, иллюстрациями. Две художницы, обе — жительницы Австралии и обе из тех, для кого русский язык — родной, показывают нам свой новый дом — свою Австралию.